Джамиля Стехликова работает министром в Чехии вот уже более полутора лет.
Ержан Карабек, azattyq.org, 25.08.2008 г.

Нынешнее правительство Чехии было назначено в 2006 году, портфель министра по правам человека и национальных меньшинств достался бывшей эмигрантке Джамиле Стехликовой.
Босоногое детство в Каракоруме и белокаменная Москва

Джамиля родилась 6 февраля 1962 года в Алматы. Ее отец — архитектор и культуролог Алмас Баймуханович Ордабаев. Он известен своим участием в создании фильма «Кочевники», был составителем книги «Казахский орнамент». Мать – Рауза Хамитовна Сембаева, ученый-химик. Дедушка по матери тоже широко известен, Абдыхамит Сембаев был в свое время министром просвещения Казахской ССР. Но в своих первых интервью в качестве министра Джамиля говорит больше о маленьком селе Каракорум на границе Казахстана и Кыргызстана как о своей маленькой родине. Ее отрочество пришлось на годы, когда родители жили в Москве. Ее отец по делам службы некоторое время жил в Москве, в Москве же Джамиля и получила высшее образование, стала врачом-психиатром. «Когда я вспоминаю родину, я в первую очередь думаю о маленьком селе Каракорум, там родился мой отец, там жил мой дедушка, — говорит Джамиля в интервью радио Азаттык. – Я скучаю по тем временам, когда мы, маленькие дети, купались в речке, ездили на лошадях. Для меня родина, путь в большую жизнь начались с далекого теперь села Каракорум».

И еще одна светлая тоска в воспоминаниях о родине и далеком детстве – Джамиля жалеет, что утратила родной казахский язык. «В селе Каракорум все общались по-казахски, и я говорила только по-казахски. Но потом мы уехали в Москву, со временем сократились и связи с родственниками в Казахстане, — говорит Джамиля». Но здесь, в Чехии, Джамиля как никто другой ратует за то, чтобы каждый знал свой родной язык. «Надо знать английский, немецкий, русский языки. Но надо знать и свой родной язык, учить детей родному языку, иначе утонешь в море универсализма в эпоху глобализации», — говорит Джамиля.

После окончания Первого Московского медицинского института начала научную деятельность, преподавала на кафедре психиатрии. В январе 1988 года Джамиля вышла замуж за своего коллегу, за чешского парня по имени Милослав Стехлик. Вскоре, в июне того же года молодые переехали в Чехию, тогда еще Чехословакию. Жить стали в Карловых Варах, где у родителей мужа была своя квартира.

Социалистическая Чехословакия. Первые шаги на чужбине

В новую страну Джамиля ехала чтобы родить свою дочь, чье маленькое сердечко уже билось под боком. Чехословакия, переживавшая в 1988 году последний отрезок социализма, все еще какими-то социальными путями решала жилищную проблему. Молодой семье предоставилась возможность получить квартиру только в соседнем городе Хомутове. Здесь, на севере Чехии и начала Джамиля новую жизнь. И первое обязательное условие интеграции в любом европейском государстве — знание местного языка. «Чешский язык стала учить только в Карловых Варах, не в Москве. Здесь я должна была перепрыгнуть через голову, — образно говорила Джамиля в 2006 году местной газете «Устецкий денник». — Я – психиатр, и моя профессия предполагает общение с людьми».

Другим успешным фактором успеха своей интеграции в чешское общество Джамиля называет многонациональную особенность Северной Чехии. Люди нескольких национальностей оказывались здесь или уезжали отсюда не своей воле. Последние такие перемещения происходили после Второй Мировой войны во многих областях Чехословакии. К концу 1980-ых годов в городе Хомутове жило уже третье поколение вновь прибывших жителей, сложилась особая культура межнационального общения.

Но как иностранка Джамиля увидела на новом месте и то, что местные жители, казалось бы, не замечают. Это неописуемая красота горных лесов, которая поразила ее в первой же загородной прогулке. Это и древняя готическая архитектура, вытворенные средневековыми мастеровыми фасады домов. И многое из этого приходило в упадок в угоду шахтерской славе, а местные жители, в понимании Джамили, не ценили богатейшее историческое наследие, оставались равнодушными к разрушению архитектуры. «Этот беспорядок передается потом и в межличностные отношения, я преподаю в университете психологию окружающей среды, наше жизненное пространство – не только природа, но и улица, город, везде нужна гармония» — определяет свое кредо Джамиля.

В этом городе Хомутов и адаптировалась Джамиля Стехликова в чешское общество. С февраля 1989 года до августа 1992 года проработала врачом-психиатром в местной поликлинике. Тогда же в 1992 году получила паспорт гражданина Чешской Республики. И в том же 1992 году переехала в Прагу чтобы заняться там наукой. И сюда же в Хомутов Джамиля вернется из Праги уже через пять лет, в 1997 году, чтобы сделать еще один решительный рывок в своей новой жизни, но уже на поприще политики.

С двумя детьми в стране, ставшей второй родиной

У Джамили есть дочь Камила и сын Алан. Дочери – 19 лет, сыну 13 лет. Единицам удается на чужбине так высоко взлететь в профессиональной или политической карьере всего лишь за 18 лет, за период одного поколения. В Чехии, как и в некоторых европейских странах, это к тому же и тяжелее в силу некоторых проблем с ксенофобией и высокими требованиями к профессиональному уровню. Да, в Российской Федерации есть министр внутренних дел, генерал Рашид Нургалиев; бывший министр по делам национальностей, ныне губернатор Кемеровской области Аман Тулеев. Высокую политическую карьеру делают считанные казахи и в соседнем Китае. Но все это случаи, когда человек поднимается вверх в естественной для себя обстановке. Как же Джамиле, казахской девушке, удалось стать министром в абсолютно чужой, европейской стране?

Джамиля Стехликова: «В настоящее время чешское общество не является этнически однородным, приход к власти политиков нечешского происхождения в условиях демократии назрел давно и был только вопросом времени».

Схематически чешскую жизнь Джамили можно разбить на четыре этапа. Первый этап, ранне-хомутовский, длился четыре года. Здесь Джамиля адаптировалась в чужую среду. Уже через полгода после переезда в новую страну Джамиля начала работать по своей специальности врача, овладела чешским языком. И при этом у нее на руках была новорожденная дочь, которой не было и шести месяцев.

Второй этап, ранне-пражский, продлился следующие пять лет. Джамиля занимается уже научной деятельностью на чешском языке, работает в Праге в Национальном центре охраны здоровья. В 1995 году Джамиля в соавторстве с другим чешским ученым выпускает книгу «Гомосексуализм, общество и СПИД в Чешской Республике».

Третий этап чешской жизни Джамили можно назвать вторым хомутовским этапом. К этому третьему этапу, к решительному этапу, Джамиля пришла как полноправный специалист в своем деле. Видимо, в силу жилищных и других социальных факторов, Джамиля вернулась из Праги в провинциальный город Хомутов. Вот тут, на третьем этапе своей новой жизни Джамиля включилась в политику. Началось все, как обычно, с малого, с гражданской активности в экологической сфере.

Интеграция в новое общество привела к политической карьере

Десять лет тому назад шли выборы в городской совет Хомутова, и Джамиля с несколькими друзьями, с молодыми коллегами пришла к чиновникам с просьбой не превращать одну историческую площадь в автостоянку. Однако из этого ничего не вышло, более того, их отстранили от переговоров. Тут, в какую-то минуту Джамиля и сказала удрученным товарищам, что сама будет участвовать в выборах и попробует пройти в городской совет. Возможно, этот переломный момент был вызван ее степной натурой: если в детстве скакала на лошадях вперегонки с мальчиками в Каракоруме и даже играла в асыки, то почему бы не принять вызов судьбы и в зрелом возрасте? Выборы в городской совет в 1998 году Джамиля выиграла не без труда, построив избирательную кампанию в качестве независимого кандидата. «Как психиатр она провела годы, выслушивая чужие проблемы, прежде чем поняла, что может лучше решать их через политику», — резюмирует англоязычная газета «Праг пост».

Так Джамиля пришла в чешскую политику. Джамиля стала председателем общественного объединения «Реликты». Эта организация занимается проблемами старожилов чешского и немецкого народов в приграничных районах северо-запада страны. В 2000 году присоединилась к активистам Партии Зеленых. Джамиля четыре года была членом городского совета, аналога казахстанского городского маслихата, только с более широкими правами и с реальными возможностями. Как депутат городского совета в сотрудничестве с общественными организациями участвовала в реализации нескольких экологических и строительных проектов. В Партии зеленых Джамиля занималась уже и защитой прав цыган, эта проблема – одна из самых чувствительных в Европе.

Замечу, на своем третьем этапе чешской жизни, Джамиля поставила на ноги и свою частную врачебную практику. Одновременно с этим Джамиля преподает психологию окружающей среды и культурную антропологию в университете в соседнем городе Усти-над-Лабем. Джамиля нашла время и самой быть студенткой, поступив в докторантуру Масариковского университета, который находится в городе Брно. В связи с новым поворотом в своей биографии, пришлось перевестись в докторантару в Прагу.

Министр по борьбе с дискриминацией хочет остановить рост цыганских гетто

Взлет политической карьеры Джамили похож по своей траектории на рост влияния Партии зеленых. Вообще, усиление популярности зеленых – общая тенденция во всей Западной Европе. Партия зеленых в Чехии образована в 1990 году, вскоре после Бархатной революции. Уже через два года зеленым удалось получить три места в парламенте страны. Дальше – больше. Джамиля Стехликова осенью 2006 года была избрана заместителем председателя партии. И вот Джамиля стала в новом коалиционном правительстве министром по правам человека и национальных меньшинств. Партия зеленых получила в новом правительстве всего четыре портфеля. Кроме Джамили в чешском правительстве были назначены еще три женщины-министра. Это министр образования Дана Кухтова, министр обороны Власта Парканова и министр культуры Хелена Трештикова.

Как пишет газета «Праг пост», министр Джамиля Стехликова к своей новой работе приступала полная идей. А работы для нее, как говорится, непочатый край. Джамиля начала говорить во весь голос о том, о чем нечасто говорят в Чехии с высоких трибун – о проблеме дискриминации цыганского меньшинства. Кстати, слово «цыган» в Чехии считается однозначно оскорбительным словом, цыган здесь принято называть нейтральным слово «ром». Вообще, это очень чувствительная проблема для некоторых стран Европейского Союза. Так вот в Чехии существуют около 330 цыганских гетто, ставших очагами безработицы, нищеты и других острых социальных проблем. Эти резервации появились в советское время, когда под предлогом укомплектования цыганские семьи, разбросанные по чешским деревням, переселили в микрорайоны, согнали в панельные дома. Дали будто бы им свет и горячую воду. Получилось наоборот – гетто, каковым словом и обозначают эти нищенские поселения. Джамиля ставит перед собой трудную задачу – не допустить создания новых гетто.

Министр Джамиля поставила перед своим маленьким министерством первую главную задачу – подготовить закон по проблемам дискриминации меншинств, так называемый «антидискриминационный закон». Оказывается, в Чехии такого закона еще нет. Необходимо создать и агентство, которое будет работать по проблемам меньшинств, в первую очередь с цыганским меньшинством. В Чехии около 200 тысяч цыган, многие из них не имеют конкурентноспособной профессии, социально не защищены. Другая конкретная задача Джамили – ликвидировать свиноферму, которая построена на месте немецко-фашистского концлагеря, где были замучены до смерти 326 цыган наряду с жертвами Холокоста. В чешском обществе время от времени вспыхивают дискуссии, что негоже попирать память о геноциде цыган, что надо убрать свиноферму и воздвигнуть памятник. Но дальше разговоров дело не доходит, и цыгане ежегодно отмечают память о геноциде в почтительном отдалении от свинофермы. Джамиля обещает, что на этом месте будет построен памятник.

Насколько остра проблема дискриминации в чешском обществе можно представить и по другому событию, более свежему, чем геноцид времен Гитлера. Осенью 2006 года мэр города Всетина Юржи Чунек взял и выселил 330 цыган из своего города, решив, что других мер по борьбе с задолженностями по квартплате не осталось. Причем люди были перемещены в другой район, поселены в жилищах контейнерного типа, купленные за счет местного бюджета. Правозащитники подняли большой скандал и обратились за помощью во всевозможные инстанции, вплоть до Папы Римского Бенекдита. С критикой акции мэра Юржи Чунека выступила и Джамиля Стехликова как одна из руководителей Партии зеленых. Теперь Юржи Чунек оказался первым вице-премьером в новом правительстве, непосредственным начальником Джамили. Это обстоятельство вызвало особый интерес, но Джамиля отвечает, что не намерена пересматривать свою оценку предыдущей деятельности вице-премьера, но и на конфронтацию не настроена.

Джамиля стала одним из первых чешских министров нечешского происхождения

Не все чехи с пониманием восприняли то, что в правительстве появились министры, говорящие по чешски с акцентом. Что говорить о вопросах читателей интернет-форумов, которым министр Джамиля отвечала в первые же дни в онлайн-конференции, такое возмущение прозвучало и в чешском парламенте. В середине января 2007 года Джамиля впервые выступала перед парламентом. Некоторые депутаты высказали критику, что чешская речь некоторых новых министров далека от совершенства в произношении. Камень был брошен в огород министра Джамили Стехликовой и министра иностранных дел Карела Шварценберга. Если с Джамилей все понятно, то чешская речь Шварценберга оказалась даже слишком чешской, с большим запасом архаизмов.

Одна из крупных газет Чехии «Днес» провела онлайн-конференцию с министром Джамилей, где читатель по имени Лукаш задал каверзный вопрос о том, что министр Чехии прежде всего должен владеть чешским языком в совершенстве. «У вас этого нет, ваше министерство обладает птичьми правами, в ситуации когда выселяют неплательщиков-цыган у вас нет конкретного решения, только палки в колеса вставляете», — задал вопрос этот читатель. Надо сказать, таких вопросов министру Джамиле в онлайн-конфренциях задали немало. На что Джамиля Стехликова отвечает: «В настоящее время чешское общество не является этнически однородным, приход к власти политиков нечешского происхождения в условиях демократии назрел давно и был только вопросом времени».

Вот, пожалуй, это и есть наикратчайший ответ на вопрос о том, как в чешском правительстве оказалась казашка, гражданка нечешского происхождения. Демократия, такое стало возможным в условиях честных и справедливых выборов. Нынешнему правительству Чехии некоторые аналитики сулили короткий век. Премьер-министр Мирек Тополанек сумел получить поддержку парламента только со второй попытки. Но как политика Джамилю отличает последовательность, поэтому вполне возможно, что свою активность по продвижению идей толерантности, недопустимости дискриминации меньшинств она будет продолжать и после завершения своего министерского мандата. Должность министра по правам человека и проблемам меньшинств в чешском правительстве появилась впервые. «Никто и не скрывает, что в Чехии есть проблема дискриминации, создание такого министерства уже само по себе говорит о политической воле Чехии», — говорит Джамиля.

Источник

Вторая книга, которая повлияла на меня сильнее всего. Еще в глубоком детстве, я помню, её, первого, уничтоженного издания 1975 года. У родителей она оказалась чудом, причем во второй раз. Видимо, чтобы дети смогли что-то прочесть и понять.

Аз и Я

Американская юрта

Значительно дешевле, чем настоящие юрты у нас.

Книга, которая повлияла на меня сильнее всего:

Абай, Слова назидания

Кофе по-казахски — это сначала кофе, а потом чай.

Вот это — женщина! Гульжан Молдажанова, генеральный директор холдинга «Базовый элемент»

Интервью с первым блоггером

Сегодня нашу рубрику «личность», открывает первый блоггер Казахстана — Ерлан Аскарбеков. Разносторонний и очень интересный человек, который для меня лично является авторитетом в Казнете. Он кинорежиссер, поэт, веб-мастер, PR менеджер… По больше можете узнать о нем в его блоге и у Ляхова.

Что вас подтолкнуло на создание своего блога?
Наверное, то же самое что создателей сборных Казахстана по кетлингу кёрлингу, регби и фристайлу. Мы чувствуем, что всем этим замечательным вещам, так же, как блогам, уготовано большое будущее в нашей стране. Но — не сегодня. Тем не менее, кому-то надо начинать. Поэтому я начал первый блог в стране для того, чтобы сделать модной эту концепцию.

Ерлан, чем является для вас ваш блог?
Блог — по моему убеждению — это новое техническое средство для независимой журналистики. А независимая журналистика очень важна для страны.

Как понять выражение «Все казахи попадают в рай»? (Заголовок блога www.blog.kz)
Это выражение придумал художник Дастан Кадыржанов. Этот замечательный молодой человек работает в Соросовском Центре Современного Искусства. Я спрашивал Дастана, он мне объяснял, но я забыл. Фраза очень пришлась по вкусу. Я вижу в ней такой смысл, что у нашего народа такая нелегкая историческая судьба и такая детская наивность, что даже когда казахи грешат, в основном, это детские грешки и детские заблуждения, которые легко простить. Поэтому — в виде исключения — по окончании земной жизни нас сразу забирают в рай :)))

Как вы думаете, развита ли блогосфера в Казахстане?
Нет, не развита. И причин две: низкая распространенность Интернета и слабый уровень журналистики.

Вы разносторонний и любознательный человек. Но все таки какая сфера деятельности вам больше по душе : кинорежиссура, литература, маркетинг, создание веб-сайтов?
Я люблю сам процесс творчества, поэтому более важнее, чем ЧТО делать, аспекты КАК и С КЕМ.

Почему все умные люди уезжают из Караганды? («50 признаков карагандинца в Алматы»)
К сожалению есть эффект «денежного пылесоса». Если человек за одну и ту же творческую работу получает в разных городах гонорары, отличающиеся в 10–20 раз, он неизбежно начинает искать где лучше. Но, во-первых, понятия «лучше» и «денежнее» не совпадают. Во-вторых, эти деньги не так легко достаются, зато легко тратятся в мегаполисе.
В-третьих, гораздо важнее для действительно умного человека это иметь единомышленников, которых легче встретить в мегаполисах. А, из моего опыта, единомышленник – это не про уровень интеллекта, это про одинаковые ценности. Поэтому нередко с самым простым шахтером надежнее и человечнее, чем с некоторыми представителями алматинской интеллигенции. Да и не уехали все, я знаю умнейших людей в Караганде.

Футбольная команда «Шахтер» будет играть в UEFA. Что вы думаете по этому поводу?
Я думаю, что это проверка на патриотизм карагандинских бизнесменов. В этом случае им надо собрать достаточные ресурсы для подъёма игроков и всей команды на достойный уровень. Если им не наплевать на город, они соберут.

Как вы думаете, достигнет ли Казахстан своих целей в 2030 году?
Думаю, достигнет. Но я ставлю три вопроса. Во-первых, какой ценой? Во-вторых, сможем ли мы сохранить и удержать достигнутое? И наконец, кто и когда сформирует новые цели?

Я прочитал интервью про «Триллион долларов». А вот если бы вы стали президентом страны, то в первую очередь какие бы изменения занесли
Прошло шесть лет с того интервью, сейчас я уже не тот горячий юноша. Если все же отвечать серьезно, я вижу только две настоящие проблемы, которые мешают нам, это отсутствие общепризнанной, сильной, вдохновляющей национальной идеи. И это деградация образования.

У вас есть мечта? Если не секрет, поделитесь с нами?
Я бы хотел, как и в студенческие годы, написать и снять произведения про нашу жизнь и нашу историю, которые завоюют весь мир.

Как вы думаете, вы достигли всех своих целей, которые поставили перед собой?
Процентов на 20.

Вам не нравилась Астана. А сейчас после перемен нравится?
Сейчас Астана начинает напоминать Бостон. Кто был в этом городе, поймет. Чтобы понять замысел, заложенный в генплане, надо построить все что в нем заложено. На это уйдет ещё лет 10–15. Это по поводу архитектуры. Что касается людей, хорошо что в Казахстане сегодня есть не одна точка притяжения для молодых, амбициозных, перспективных, а целых четыре города, так называемых «АААА» – Алматы, Астана, Атырау, Актау.

При приезде в Караганду как вы говорите. «А у нас в Алмате….». Или все еще нет ? )
Когда у меня родилась дочь для нее атамекеном, то есть место где перерезают пуповину, стал Алматы. С этого момента я прирос к этому городу. В прошлом году, впервые за 6 лет, приехал в Караганду, увидел насколько изменился город и почувствовал, насколько изменился сам. Я все так же прекрасно чувствую карагандинский менталитет, но смотрю на него теперь снаружи, а не изнутри. Поэтому я стал говорить «мы, в Алматы».

Вы оставили немалый след в кинорежисcуре. Сняли интересные документальные фильмы. А не хотите ли развивать киноиндустрию Казахстана, снимать полнометражные художественные фильмы?
Это моя большая мечта. Говорят, что для режиссуры и большой литературы критичен жизненный опыт. Надеюсь, мои 33 года жизни были насыщенными, и дали мне много уроков, которые будут полезны в творчестве.

Какие пожелания скажете нашим начинающим блоггерам?
Первое — четко видеть своего читателя, как говорят в бизнесе, свой сегмент. Второе — найти собственный стиль, свою тематику, свою позицию — то, что в литературе называют «свой голос». Третье — писать по принципу «ни дня без строчки».

Спасибо огромное Ерлану за это интересное интервью. Будем прислушиваться к его словам :"ни дня без строчки". Но это мне не так и часто удается выполнять. Пожелаем ему удачи в достижении в своих целях!

Люди длинной воли — это те, кто заблудился, и ищет выхода. Они царапаются о скорлупы изнутри, прорывают ходы, отчаянно и злобно смотрят в черное небо, ощерив пасть через левое плечо. Их вой мы слышим тогда, когда тишина затапливает наши уши горькой патокой, а глаза выключаются из розетки… Люди длинной воли — такой длинной, что у нее нет больше измерения. Их объятия как садовый секатор — из них никто никогда не выходил цельным, со всеми изначально имевшимися конечностями.

Кто забросил их сюда и откуда, мы не знаем. Они идут «белой дорогой», в которой едва ли есть начало и конец, и каждая точка которой — всегда только середина пути.

Когда-то люди длинной воли были крохотным меньшинством.

Всем сегодня очевидно, что Россия переживает самый страшный кризис за всю свою историю. Рушится последняя связь, которая сплавляла русскую цивилизацию даже в периоды жесточайших потрясений, — рушится единство Русского Пространства. Самый тяжелые и смутные времени в русской истории всегда несли в себе зародыши возрождения и грядущей славы, так как естественный и закономерный исторический процесс раскачивания от хаоса к порядку проявлялся в порождении новых идеологических и политических «пассионарных» элит, которые строили «новый мир», «новый порядок» на месте застойного, разложившегося и деградировавшего общества.

Древне-монгольское «Сокровенное сказание», блистательно исследованное и интерпетированное великим русским ученым Львом Гумилевым (о кончине которого редакция «Элементов» безмерно скорбит), называет таких «творцов империи», героев, носителей нового порядка (по-монгольски «Яса») «людьми длинной воли». Гумилев дает удивительно точное описание этого типа, которого он называет «пассионариями». «Люди длинной воли» у монголов принадлежали к особой социальной категории, которая, с одной стороны, совершенно отлична от консервативно родовой стихии традиционного социального уклада монголов, а с другой стороны, явно укоренена в этнической, религиозной и этической традиции своего народа. «Люди длинной воли» — это «богатуры», «богатыри», «воины-герои», которых стесняла застойная и во многом фарисейская, выродившаяся система окостенелого консерватизма. Будучи, как правилами, бедными отпрысками великих ханских родов, «люди длинной воли» часто становились почти отверженными конвенциональными институтами, превращаясь в некое подобие чандал. Эта была социальная категория и психологическая категория «лишенных наследства», «обездоленных». Вытесненные на периферию социальной жизни консервативного рода, помещенные на границу, отделяющую социальный порядок от хаоса бандитизма и беззакония, концентрирующие в себе всю полноту социально-этнического и политического кризиса своей общины, именно богатуры", «люди длинной воли» находили внутри себя гигантские, почти сверхчеловеческие источники энергии, которые выплескивались потом в великие империи и грандиозные завоевания, в континентальные походы и покорения целых материков и цивилизаций, в создание новых государственных и этических систем. Блистательным архетипом «людей длинной воли» был белокурый и голубоглазый, хрестоматийно арийский Темуджин, Ченгизхан, покоритель половины мира и творец одной из самых громадных и целостных евразийских империй.

«Люди длинной воли» — это универсальное понятие, которое применимо как к описанию возникновения монгольской империи, так и к эпохе преодоления всякого государственного и национального кризиса, какой бы народ ил какое бы общество мы не рассматривали бы. «Люди длинной воли» — это «консервативные революционеры», выходящие на первый план исторической реальности именно в критические моменты цивилизационного цикла. Когда общество костенеет и вырождается, становится фарисейским, когда этические и религиозные нормы превращаются в пустую и формализированную форму, когда общественные, национальные и органические ценности отступают на задний план, а эгоистические и индивидуалистические мотивы становятся главными мотивами социальных действий, короче говоря, когда обветшавший Порядок не в силах более сопротивляться свежему и нарастающему Хаосу, — тогда судьба общества, государства и нации зависит только от того — появятся или нет в нем «люди длинной воли», способные принять вызов энтропии и рока и в героическом, драматическом противостоянии преодолеть ее. Если «люди длинной воли» обнаруживаются — ветхий порядок опрокидывается не под воздействием внешних, иноземных и инокультурных влияний, но под облагораживающим напором почвенного и органического созидания, облекающего в новые формулы древний закон верности Традиции. При этом нигилистические тенденции разрушения, анархии, ниспровержения и бунта не размывают останки предшествующей модели, но преображаются в животворную энергию жизни. Если «люди длинной воли» не обнаруживаются, консерватизм вступает с нигилизмом в обреченную и безысходную дуэль, которая при отсутствии Третьего Пути, Третьего Решения либо уничтожает нацию и расчищает место для завоевателей, либо превращает эту нацию в архаическое, «реликтовое» образование, наделенное лишь призраком жизни и лишенное высшего права участия в своей собственной судьбе.

«Люди длинной воли» — созидатели и тираны, жестокие покорители и милосердные освободители, носители Великой Идеи и Царственного Духа, были историческим пульсом России, ее сокровенным достоянием, открывающимся в том момент, когда тень Конца нависала над нашей древней и одухотворенной страной. Сейчас, безусловно, то время, когда нация ожидает их появления, их прихода, когда сумерки вырождения достигли народного сердца, когда биологический геноцид сменился еще большим злом — геноцидом русского духа… Но внутренние и внешние враги великого и грозного народа, которые всегда активизируются в моменты его слабости, болезни, лихорадки, прекрасно сознают исторические закономерности появления «людей длинной воли», — «консервативных революционеров», «национальных революционеров» — и имеют все основания опасаться последствий их возвышения. «Новый порядок» героев обычно незамедлительно искореняет коррупцию, подлость, предательство, эгоизм, продажность и стяжательство. Конечно, героизм имеет свои эксцессы, но огромные жертвы приносятся не ради эгоистических прихотей или параноидальных личных наклонностей Вождей (как трусливо и злобно утверждают мстительные посредственности), а ради Идеи, ради Традиции, ради Истории, ради Могущества и национальной Свободы. Учитывая все это, оснащенные новейшими социологическими исследованиями враги «героизма» стараются сегодня предпринять все возможное, чтобы не допустить появления «людей длинной воли» в России, чтобы заведомо вычеркнуть из истории возможность нового возрождения последней Евразийской Империи.

Совершенно логично, что против русских «людей длинной воли», против всех форм идеологии, которые утверждают примат героических, солнечных, созидательных, мужественных ценностей, облегчающих «пассионариям» сложный процесс становления и самоформирования, ведется целенаправленная дискредитирующая компания «либерально-космополитического», анти-национального лагеря, призванная очернить все героическое в русской истории — от древних до новейших времен. Русские и советские герои выставляются на посмешище, представляются вырожденцами, марионетками, фанатиками, экстремистами, «садистами», а русский и советский национализм приравниваются к «фашизму». Здесь задачи ясны и неразборчивость в методах отчасти даже оправдана — предатели, воры и анти-русские «агенты влияния», защищая «либерализм» и «гуманизм», стараются обеспечить себе «свободу» или, по меньшей мере, «снисходительность», в случае адекватной оценки их предательской позиции в отношении собственного народа, которая с необходимостью будет дана в случае активизации русских «людей длинной воли». Но гораздо более странно, что в компанию по дискредитации «национальной пассионарности», и, соответственно, потенциальной «национальной элиты», включаются многие представители патриотического лагеря. Это обстоятельство требует пояснения.

Дело в том, что тип «людей долгой воли», по точному замечанию Гумилева, радикально отличен от инерциальных консерваторов. Это объясняет, почему в адрес русских «консервативных революционеров», т.е. теоретиков той самой «длинной воли», о которой идет речь, все чаще раздаются выпады из стана «патриотов». Консерватизм — это одна из необходимых составляющих национального кризиса. Показательно, что еще ни в одной исторической ситуации консерваторы не выиграли политического противостояния с модернистами. Они могут победить и побеждают только в «реликтовых», малых обществах, вынесенных за рамки истории на периферию цивилизации. Чистый консерватизм побеждает только в резервациях. Во всех остальных случаях противостояние нигилизму и анархии носит оборонительный и проигрышный характер. Более того, хаос эффективно использует «ветхий порядок» для своих целей, так как благодаря ему создается видимость оппозиции там, где на самом деле ее нет и в помине, но в то же время место для «людей длинной воли» оказывается занятым недееспособными, но претенциозными чиновниками и клерками. В нашем случае, анти-пассионарная агрессия «консерваторов» имеет три конкретных проявления:

коммунистическое, настаивающее на прямой и полной реставрации доперестроечного режима, который, вопреки всякой очевидности, признается безупречным и совершенным. К коммунистам примыкает значительная часть советской интеллигенции пост-хрущевского периода, зараженная всеми интеллектуальными вирусами вырожденческого застоя, пропитанная доносительством и конформизмом, полностью утратившая чувство ответственности и абсолютно недееспособная (впрочем эта интеллигенция, поздне-"советская" по сути, может легко перемещаться и в другие сектора политического спектра, так как такое понятие как последовательность для нее совершенно чуждо).

православно-монархическое, категорически отказывающееся видеть в самой дореволюционной системе какие бы то ни было недостатки и избирающее «царистскую» модель деградации в замен «коммунистической» модели, отмеченной почти теми же самыми чертами. За этим типом не стоит ничего, кроме «салонной позы» или поразительной умственной лени. Часто, при этом, монархо-консерваторы — просто «перекрасившиеся» коммунисты-консерваторы, лишенные, однако, в отличии от обычных коммунистов, элементарной совести и способности защищать свои идеи вне зависимости от изменению политической конъюнктуры.

национально-демократическое, самое искусственное и непоследовательное из всех трех, в котором сочетается «про-либеральный» конформизм в отношении актуального анти-русского режима со страхом понести за это наказание в случае изменения социальной политики в национальном ключе. За редким исключением к этой категории относятся отъявленные мерзавцы.

Конечно, это вовсе не означает того, что коммунизм, монархизм и демократия (по меньшей мере, «органическая демократия») не несут в себе героического измерения. Напротив, героический импульс «людей долгой воли» может облекаться в эти идеологические формы, но каждая из них, в таком случае, обновляется, преображается, обновляется, становится нонконформистской, радикальной, солнечной и мужественной. «Консервативная Революция», как теория, лучше всего соответствующая «людям длинной воли», не отрицает «консервативных» ценностей, не отрицает Традиции, она отрицает лишь их архаическую, конформистскую, фарисейскую и «обветшавшую» версию. Поэтому «анти-пассионарная» компания не может быть объяснена лишь идейными разногласиями сторонников Третьего Пути с другими идеологическими лагерями.

Речь идет о коренном различии темпераментов, о несовместимости «героического» и «посредственного», радикального и усредненного, запятнанного конформизмом и закаленного мужественным противостоянием Системе. Если бы патриотические «посредственности» были скромны и объективны в своей самооценке, если бы они, действительно, переживали за интересы нации и государства, даже оставаясь сами собой, они признали бы необходимость «Консервативной Революции», необходимость русского пассионарного взрыва, необходимость прихода «людей длинной воли»… Но тлен разложившегося общества проник в них слишком глубоко. Они хотят не столько спасти отечество, сколько оправдать самих себя, не столько преобразиться и обновиться, сколько покрасоваться и выставить свои (часто мнимые) достоинства. Трусы и сексоты не способны осуществить Национальную Революцию. Это — «люди короткой воли». Пока они впереди, нация обречена. Пока они олицетворяют собой «порядок», триумф хаоса обеспечен. Но «люди длинной воли» тоже сделают вывод из поведения самых настойчивых критиков «Консервативной Революции», что может окончиться для них весьма плачевно. Тот, кто станет на пути созидателей Великой Империи, на себе испытает неумолимость их воли и твердость их решимости. «Люди длинной воли» всегда появляются в самые страшные часы национальной истории. Они приходят не из центра Системы дворцовые перевороты, парламентско-вечевые путчи и заговоры — это не их стихия.

«Люди длинной воли» формируются в глубокой и жестокой оппозиции Системе, и не только Системе, откровенно обнажающей свою противоестественную, деструктивную, хаотическую природу (как это имеет место сегодня), но и Системе, в которой нигилизм закамуфлирован, а внешне позитивные формы скрывают под собой тлен и разложение. Сохраняя верность национальной истории, верность ценностям своей Церкви, своей Нации и своей Традиции, «люди длинной воли», «пассионарии» ни за что не могут отождествиться ни с проигравшим давно монархизмом, ни с проигравшим недавно коммунизмом, ни, тем более, с отвратительным и русофобским режимом, по странной аберации, называемым сегодня «демократическим». Грядущие герои России пойдут новым путем, Третьим Путем, чтобы создать свой Новый Порядок, Национальный Порядок, Евразийский и Имперский Порядок, противостоящий той мондиалистской химере, которую хочет навязать народам планеты мировой заговор «анти-героев» и «анти-пассионариев», «последних людей», с таким презрением описанных Ницше и с такой иронией высмеянных Гумилевым.

«Люди длинной воли» пробуждаются для спасения великой страны и великого народа. Им предстоят трудные подвиги и сверхчеловеческие испытания. Они должны «ниспровергнуть косность и укротить хаос». Их эра наступает. Для многих пришествие их покажется страшным. Но их стихия — не поиск одобрения посредственности и трусливых мещан. Они принадлежат духовной вселенной национальной и всемирной истории. Они идут. Они близко.

Александр Дугин
отсюда

Гульшат Уразалиева

Казахская идентичность как стратегический ресурс

Статья подготовлена по материалам доклада, сделанного на Международной научно-практической конференции «Стратегия вхождения Казахстана в число 50 конкурентоспособных государств мира» (Москва, РГГУ, 20 сентября 2006 г.)

Президент Казахстана Нурсултан Абишевич Назарбаев в своем выступлении перед студентами Евразийского национального университета имени Гумилева в Астане разъяснял, что стратегия вхождения Казахстана в число 50 конкурентоспособных государств мира связана и с духовным обогащением народа. «Наши предки защищали и передали нам в наследство огромную территорию нынешнего Казахстана, самобытную культуру и особый дух восприятия и познания жизни. Это дух свободолюбия и степной доблести не был растрачен на крутых переломах истории, его сумели сохранить предыдущие поколения, на долю которых выпали невиданные испытания».

Реализация этой стратегии по-новому ставит проблему мобилизации социально-психологических механизмов самоидентификации казахстанцев в целом, и казахов как этнодоминирующей группы в Казахстане, на решение столь высокой цели государства и общества. Гражданское и этническое самосознание казахстанцев, и в частности казахское самосознание на сегодняшний день может оказаться мощным стратегическим ресурсом в достижении поставленных творческих задач перед обществом. Но и оно же может оказаться в роли определенного тормоза в движении вперед. В каком случае это может произойти?

В методологическом ракурсе данная проблема требует уточнения в употреблении терминов. В советское время в общественных науках и политической лексике использовались понятия «нация», « национальное сознание», национальное самосознание». В традициях советской науки было распространено употребления термина нация как этнонации, то есть этнической общности. В современном контексте все больше сторонников среди ученых применять термин «нация» в значении согражданства. В современном научном российском и казахстанском сообществе сокращается отдаленность и разобщенность с международным научным сообществом, в междисциплинарном ракурсе все более приемлемым является для исследователей понятия «этническое самосознание», которое тождественно понятию «этническая идентичность».

В социологии, наряду с исследованиями больших групп, есть возможность рассматривать качественными методами жизнь малых, первичных и вторичных групп, где зарождается и формируется личность, появляются эталоны социальной идентификации и основы этнической идентичности. Я шесть лет читаю курс «Этносоциологии» для студентов социологического факультета РГГУ. В рамках базового курса для социологов по этнической социологии мной сконструирован термин «этноавтобиография». Я попробовала использовать этот конструкт в качестве метода анализа формирования этнической идентичности студентов. Они писали самостоятельные, домашние работы на тему: «Я русский (татарин, украинец, еврей, чеченец и т.д.), что это для меня значит?» В совершенно произвольной форме, без подсказок и оценок со стороны преподавателя за проделанную работу. Таких этноавтобиографий набралось с 2000 года по 2005 год более трехсот.

Найти ответы на вопросы о казахской идентичности мне помогли этноавтобиографии студентов ЕНУ имени Гумилева в Астане и Казахстанско-Британского университета в Алматы, собранные весной 2006 года. Всего было собрано по моей просьбе преподавателями этих вузов 65 текстов, которые студенты заполняли произвольно на одной или максимально на шести страницах, иллюстрируя свои мысли фотографиями родных и стихами. Они каждый по-своему отвечали на вопрос: «Я казах (или представитель другой национальности) …Это значит…» Но общее в их работах было то, что каждый из них идентифицировал себя с казахским этносом, чувствовал себя гражданином РК. Почти для всех работ было характерно описание позитивных чувств со своей этнической принадлежностью.

Социологическая информация, полученная из этноавтобиографий студентов РГГУ за 2000- 2005 годы и в 2006 году в Казахстане позволила по-новому проанализировать формирование этнической идентичности личности в одной из уникальных возрастных когорт, определяемой как «дети перестройки», в условиях трансакции российского и казахстанского общества. Для Казахстана это возрастная когорта может быть дополнена характеристикой еще и как «дети суверенитета». Эта поколенческая характеристика справедлива для той части молодежи, чья социализация происходила в условиях независимости Казахстана и сегодня она вступает в период социальной зрелости. Именно им, наряду со старшим поколением придется быть субъектом реализации данной стратегической программы. Ведь от содержания и вектора развития этнического самосознания молодых и образованных казахов зависит не только их будущее, но и будущее государства.

Еще одним источником информации о процессах формирования этнической и гражданской идентификации является виртуальная самопрезентация казахов на различных казахстанских сайтах в русскоязычном пространстве Интернета. Она позволила провести своеобразный пилотаж темы «казахская идентичность». Именно сопоставление этноавтобиографий российских и казахстанских студентов раскрывает специфику формирования этнической идентичности русских и казахских студентов. Это тема другой статьи, но этот опыт сопоставления при прочтении помогает ярче выделить проблемы идентификации современных образованных казахов.

Проблема казахской идентичности исследовалась качественным методом анализа, поэтому не претендует на репрезентативность, а является опытом пилотажного исследования на заданную тему. Тем интереснее посмотреть на его результаты.

И в России и в Казахстане кризис советской и постсоветской идентичности привел к смене надэтнических символов и брендов. Этнические группы, осознав себя в своих этнических одеждах, продолжили поиски, инспирированные экспертным сообществом, новых надэтнических, общегражданских, объединяющей народы, общенациональных идей. Возможно, в Казахстане в этом направлении преуспели больше, чем в России. Институт политической власти в России не имеет пока почвы для сильной, объединяющей все этнические группы общегосударственной идеи, кроме патриотизма. Сама идея патриотизма нейтральна, но исторический контекст не позволяет воспринять ее как консолидирующую идею для всех этнических групп, а не только для этнодоминирующей группы русских.

Новый статус современных диаспор в российском социокультурном пространстве, который приобрели многие этнические группы, казахская в том числе, актуализировали ранее совершенно неизведанный комплекс социальных чувств, переживаемых многими этнофорами в связи с этим статусом.

Казахская идентичность является видом этнической идентичности личности и этнической группы, переживающей новый исторический этап трансакции. Данная группа осуществила переход из состояния одной из значимых частей в составе СССР, обозначаемой как титульная нация в союзной республике, но имевшей подчиненное положение в системе многонационального советского государства, включенной в единое общесоюзное пространство. Переход для этноса осуществился в новое суверенное пространство свободного самоопределения, вышедшего на диалог с другими культурами и цивилизациями и государствами напрямую, без посредников. Казахская этническая группа позиционирует себя не только как самостоятельный политический субъект, но и как новый субъект в геополитическом и социокультурном пространстве.

Казахская идентичность в условиях глобализации может быть описана на разных уровнях обобщения, в разной логике и парадигмах. Зададим некоторые векторы анализа. С использованием современного категориального аппарата социогуманитарных наук и междисциплинарного подхода можно вычленить следующие направления. Она может быть описана и объяснена:

1. как завершающийся процесс перехода от советской надэтнической идентичности к собственно этнической; а затем трансформации в сторону новой надэтнической идентичности – казахстанец;

2. как процесс собирания локальных казахских идентичностей;

3. представителей бывших зарубежных диаспор, нынешних оралманов в РК;

4. как противоречивый процесс взаимодействия разностатусных позиций казахов, связанный с внутриэтническим социальным неравенством;

5. как противоречивый процесс взаимодействия разностатусных позиций, определенных типом поселения (город- аул);

6. как противоречивый процесс актуализации исторической памяти, включения в повседневные практики жузовой (родоплеменной) идентификации;

7. как противоречивый процесс взаимодействия между носителями казахского языка и не владеющими им в полной мере (внутриэтническая, лингвистическая дифференциация между «чистыми» и «нечистыми», «шала» казахами);

8. как противоречивый процесс казахских внутриэлитных (политическая, финансовая, культурная элита) отношений;

9. как противоречивый процесс взаимодействия Казахстана — исторической родины со всеми зарубежными казахскими диаспорами;

10. как противоречивый процесс взаимоотношений между светской и религиозной частью казахского этноса

11. как противоречивый процесс геополитической идентификации РК в мировом социальном пространстве.

12. как определенная глокальность (Согомонов);

В советское время в структуре идентификационной матрицы казаха преобладала как ведущая надэтническая общегражданская идентичность, советская идентичность. В позитивном смысле прежнего времени мы все ощущали и представляли себя не только в рамках советской повседневности, но и в редких зарубежных поездках, в первую очередь как советские люди, а затем уже как казахи, русские и другие. Когда нерусских за рубежом пытались называть «рашен», то они возражали в первую очередь, не только против привязки к чужой этнической группе, а именно против непонимания того, что все мы больше, чем представители только своей этнической культуры. Мы в первую очередь советские люди, а уж потом дети казахских, русских и других многочисленных народов. Казалось странным, что зарубежные люди не понимают диалектики общего, особенного и единичного. Общее- это единая советская страна, особенное — это наша национальность, а единичное — это наша личность, вне зависимости какой мы национальности, пола, возраста.

Следующим уровнем казахской идентичности в Казахстане была собственно этническая идентичность, а уже внутри нее выделялись такие виды как региональная, а затем локальная идентичность. Обычно над этнической группой в многонациональном обществе доминирует региональная идентичность, как, например, в России сибиряки. Поволжцы и др. Для Казахстана региональность скорее оказалась внутриэтнической характеристикой, чем надэтнической. Южане и северяне выделялись среди казахов, а не русских или же корейцев и татар, проживавших в КазССР. В рамках региональной идентичности выделялись такие статусы как южные, северные, западные, восточные и центральные регионы, а соответственно, южные, северные, западные, восточные, и казахи из центральных областей.

Внутри каждой из таких групп, как например южные казахи, была своя субординация, где наиболее традиционными, консервативными в сохранении традиций и обрядов с точки зрения социалистической культуры, назывались чимкентские казахи, а наиболее продвинутыми, «модернити»- алма-атинские казахи. У западных казахов были так же выделены свои локальные сообщества, скорее связанные с географическими детерминантами — кызыл-ординцы, гурьевские, уральцы и т.д. Внутри каждой локальности существовала еще определенная линия выделения внутриэтнического различия — это казахи- горожане и выходцы из казахских аулов, которые негативно маркировались некоторыми обрусевшими казахами как «мамбеты», «казахпаи», а те в свою очередь считали казахов – горожан «шала-казахами», то есть «нечистыми» как они – «таза-казахами». «Чистота» рядов определялась в основном по лингвистическому критерию- знанию или же незнанию казахского языка.

После распада СССР и обретения независимости происходили процессы изменения не только в масштабах общегражданской идентичности внутри Казахстана, но поиски новых идентификационных матриц в бывшем общесоюзном пространстве. На смену советским людям, советскому народу не появилось ничего взамен. Объединяющее всех политическое новообразование СНГ и не стало импульсом для каких-либо инноваций на манер, например, «эсэнговский народ» или же «эсенговец». Выстраивание взаимовыгодных отношений, конструктивного и практичного диалога вбросило в СНГ современные представления об объединяющей всех идее Евразийского пространства. Но силой общегражданской конструкции и идентификационным критерием термин евразиец не обладает ни в России, ни в Казахстане, который стал родиной возвращения концепции современного евразийства на постсоветское пространство. Это скорее политический и цивилизационный конструкт, институализированный в рамках ряда плодотворных организаций как ЕЭП, ЕврАзЭс и других.

В Казахстане в настоящее время востребованным надэтническим конструктом становится термин казахстанец, который вместо советского народа стал объединяющим для всех многонациональных групп. На региональном уровне остались прежние демаркации, но высокостатусный столичный маркер теперь называется по другому – «астанинец» как производное от имени новой столицы РК — Астаны. В советские времена любая республиканская столица шла вслед по значимости за статусом «москвича». Сегодня в Казахстане второй по силе обаяния и значимости по-прежнему остается гордое имя «алмаатинец», обозначающую южную столицу Алматы. Но среди регионов происходит своеобразное «перевзвешивание» статусных позиций: на первые места выходят высокоэкономичные, нефтегазовые западные регионы. То, что ранее в советское время было глухой периферией, перестает быть таковой.

Отзвуки былых определений встречаются в ответах нынешних казахских студентов. Поразительные документы человеческих переживаний, связанных с вызреванием личности, ее этнической идентичности, предстали в этих студенческих работах. В цитируемых отрывках полностью сохранена авторская редакция. Я сочла невозможным корректировать эти работы, ибо тогда исчезла бы неповторимость и уникальность представленных документов.

Во-первых, совершенно очевидным для исследователя студенческих работ является понимание того, что они выступают как представители особого поколения, поколения Детей суверенитета Казахстана, выросшего при правлении первого президента Казахстана Н. А. Назарбаева.

«Я казашка и этим очень горжусь.…Я считаю, что нам повезло с нашей развивающейся страной, и, конечно, спасибо нашему президенту за спокойствие и мир в нашем Казахстане».,/b> [2 № 1, И.И., ЕНУ, 1 курс]

Другая студентка отмечает следующее: «С распадом Советского союза в 1991 году началась новая страница в истории Казахстана как демократического, светского, правового и социального государства. Я с гордостью могу сказать, что я патриот своей страны, своего народа, который признали далеко за пределами Казахстана, благодаря политике нашего президента Н. А. Назарбаева» [2 № 2, Ж.Т., ЕНУ, 2 курс ]. В постсоветском пространстве выстраивание новых государств происходило тяжело и драматично. Тем более важным для казахстанцев было то, что республика обошлась без гражданских войн и революций, переворотов и кровопролитных межнациональных конфликтов. Независимость Казахстана дает студентам-казахам ощущение безопасности:

«Я очень рада, что я живу в Казахстане, на родине своих предков. Именно на своей родной земле я чувствую себя уверенно и свободно» [2 № 3,А.С., ЕНУ, 2 курс ]. Сложился толерантный дискурс не только в научных работах в обсуждении межнациональных и межконфессиональных проблем, но толерантность становится и вектором социального поведения. Совершенно справедливо некоторые проявляют такую позицию и отмечают, что различают свое отношение к своей нации и народу: «Я патриот своей страны, а не нации. Я горжусь своей страной, всеми ее достижениями и стремлениями! И рада, что наша страна независимая, демократичная и что немаловажно, МНОГОНАЦИОНАЛЬНАЯ!» (выделено респондентом) [2 № 4, Р.Г., 3 курс, ЕНУ]. Советский период наложил свой отпечаток на процесс этнизации личности. Билингвизм стал нормой для многих горожан, но иногда он выступает как двуязычие с перевесом в индивидуальной речевой практике русского языка.: «Если честно, так получается, что чувствую себя казашкой не так часто, как хотелось бы. Наверное, все-таки, сказывается воспитание времен распада СССР и становления Казахстана как независимого государства. Так вышло, что я не могу говорить на родном языке. Не то, чтобы не понимаю, апашки-то, родители, дяди и тети часто говорят на казахском языке. Просто, видимо сказалось то, что я выросла в русскоговорящей среде, как многие моего возраста: ходила в детский сад и училась в школе, где говорили и преподавали на русском языке. Я мыслю и думаю на русском, пишу стихи на русском, читаю книги на русском, поэтому неудивительно, что иногда русский язык кажется мне таким же родным, как и язык моей нации». [2 № 5, Ш.О., 4 курс КБТУ].

Во-вторых, этноавтобиографии казахских студентов дают дополнительную аргументацию ученым психологам в положении о том, что в процессе своего становления этническая идентичность проходит ряд этапов, соотносимых с этапами психического развития ребенка. Первые проблески диффузной идентификации с этнической группой большинство авторов обнаруживает у детей 3–4 лет. Ж. Пиаже и большинство психологов согласных с ним утверждают, что реализованной этнической идентичности ребенок достигает в подростковом возрасте, когда рефлексия себя имеет для человека первостепенное значение [3, с. 176]. Иногда эта рефлексия происходит под влиянием травмирующего факта в детском саду: «Тяжело приходилось в детском саду, а потом и в школе. Сначала нужно было терпеть рукоприкладство воспитательницы-немки. Как-то раз, забирая меня из садика, мама заметила синяк на руке. Я ей не сказала причину, а лишь ответила, что ненавижу детский садик. Больше мама ничего не смогла добиться от меня. Я всегда молчала и терпела. Почему? Потому что истинный советский человек и потомок красногвардейцев не жалуется! …Позже пришлось терпеть издевательства одноклассников. Причина всех побоев и насмешек одна — я была единственной казашкой в их обществе. В то время большинство населения Алма-Аты составляли различные национальности, но почему-то именно казахов было мало. В итоге я стала стесняться своей национальности. Пыталась забыть свой язык, что мне отлично удалось сделать, так как я отвергала любые попытки своей бабушки заговорить со мной по-казахски» [2 №. 6, А.С., КБТУ, 4курс].

Травма инаковостью, в том числе инаковостью по этническому признаку, происходила не только в детском саду и школе, но иногда и в публичном пространстве других взрослых. «Мне было 7 лет, когда мы с мамой и с сестрой ехали поездом из Караганды в Алма-Ату. Проводниками были двое русских, хорошо пропитых мужиков, около сорока лет. Я вручил рубль и попросил у них постельное белье. Они о чем-то болтали между собой, и один кинул другому фразу: «Глянь, калбитский пацан за бельем пришел!» В этот момент я отчетливо понял, что я – не русский» [2 №66, Б.И., бизнесмен, 32 года, Алматы, 2006]. У другой респондентки благоприятный опыт приобретения знаний о своей этничности происходил в основном в семье дедушки и бабушки: «На протяжении веков у казахов было принято отдавать старшего ребенка на воспитание бабушке и дедушке по линии отца. В моей жизни все вышло как раз согласно вековым традициям. Я старший ребенок в нашей семье, и практически с самого рождения жила с бабушкой и дедушкой на протяжении восемнадцати лет. Хочу отдать им должное за любовь, тепло, трепет и заботу, которым было окружено все мое детство…И принадлежность к казахскому народу дало мне почувствовать то время, которое я прожила с ними. Помню, мне было около семи лет, когда я услышала впервые от бабушки, она настоящий кладезь народной мудрости, легенду о Козы-Корпеш и Баян-Сулу. Это история о любви, национальном колорите, традициях и обычаях казахов. Эта легенда произвела на меня неизгладимое впечатление, вызвала бурю чувств, и мое детское сознание просто не могло смириться с трагичностью судьбы Козы-Корпеш и Баян-Сулу. Тогда я впервые осознала, что казахи – это народ с вековыми традициями непререкаемости старшему поколению и жесткими родовыми установками» [2 № 7, А.Ш., 4 курс КБТУ].

Средняя школа также является важнейшим по значимости источником влияния на формирующуюся этнизацию личности учащегося. В Казахстане был, как и везде в школах СССР единый учебный план, с минимальным количеством часов, отведенных родному языку, но достаточно большим временным ресурсом для изучения русского языка. Знание гражданами СНГ русского языка по прежнему скрепляет культурное и информационное постсоветское пространство. И этот факт с учетом глобализирующего мира дает преимущество казахам, в силу своей немногочисленности перед лицом шести миллиардного человечества, входить в группу практически повседневных билингвов и владеть одним из десяти языков мира, на котором говорит более чем сто миллионов людей. Но зреет настроение преодоления отставания в речевой практике родного языка от русского. «Я уверенно могу сказать, что я казашка. Хотя все одиннадцать классов я проучилась в русской школе и на данный момент учусь в университете на русском отделении. Но дома мы общаемся на родном языке, я знаю и соблюдаю традиции нашего народа, горжусь своей родиной. Я признаю, что уровень моих языковых способностей не так высок и хорош, как у тех, кто говорит только на казахском языке, но мое желание и даже совесть помогают мне преодолевать языковые барьеры. Мне очень хотелось бы свободно говорить на казахском языке». [2 № 8, Ж.К., ЕНУ, 3 курс].

Обучение в казахской школе выходцам из семей, где в основном родители русскоговорящие люди, также добавляет проблем детям. Но позитивно то, что остается в качестве ценностной ориентации у студентов сохранение двуязычия как нормы для казахского общества. «Придя в первый класс казахской школы, я знала всего три слова по-казахски «cалеметсiз бе», «ракмет», «сау болыныз». Естественно, испытывала определенные трудности во время учебы в начальных классах. Но это не помешало мне окончить эту школу на «отлично», хотя я все-таки разговариваю на казахском с русским акцентом и думаю на русском языке. При этом не испытываю чувство стыда или упущения. ..Не просто быть двуязычным, в совершенстве знать и владеть двумя и более языками. Я искренне восхищаюсь такими людьми, так как они вбирают в себя разные культуры» [2 № 9, И.К., 3 курс КБТУ].

В-третьих, для большинства индивидов характерна моноэтническая идентичность, совпадающая с официальной этнопринадлежностью.

Нейтральное отношение к свой этничности по типу «нормы» встречается у большинства студентов. Вот, например, как следующем рассуждении:

«Живу, учусь, радуюсь жизни и знаю, что моя национальность – казашка, но ощущаю ли я себя казашкой, и вообще, что я ощущаю, когда говорю, что я казашка. …Даже не знаю». [2 №10, К.Ж., ЕНУ, 3 курс].

При благоприятных социально-исторических условиях позитивная этническая идентичность сопровождается патриотизмом, гордостью за достижения своего народа и его великих представителей, адекватной самооценкой, чувством собственного достоинства. «Я могу себя смело и гордо называть казашкой, потому что ближайших своих предков до седьмого колена я знаю, и они являются казахами». [2 №11 А.С., ЕНУ 1 курс].

Студенты в текстах продемонстрировали хорошее знание фактов из истории Казахстана, ее политических и культурных деятелей. В их письменных работах упоминаются неоднократно имена Абая (11 раз), Байтурсынова (3), Букейханова (3), Дулатова (3), Ш. Валиханова (2), Н. А. Назарбаева (6), а также по одному разу названы имена Торайгырова, Жумабаева, Шакарима, Алтынсарина, Абылай-хана, Касыма, Тауке, Абулхаира, Джанибека, Керея, Узбек-хана, Богембай-батыра, Аль-Фараби, Курмангазы, Ауэзова, Жамбула Жабаева, Сейфулина, М.Утемисова, Нурпеисов, , О. Сулейменова.

Позитивная моноэтническая идентичность индивида в условиях социокультурной нестабильности может проявляться по-особому. Она отражает своеобразную амбивалентность в присутствии и осознании социальной границы.

Даже в повседневной жизни порой драматичным бывает столкновение с неприятием этничности другого человека, пусть даже случайного попутчика, или же демонстративный отказ от своей этничности. Полный внутреннего драматизма эпизод описывает эмоциональное неприятие ксенофобии и стигматизирования личности по этническому параметру.

«Я заблудилась на окраине Алматы, поехав по заданию журнала. Мы с подругой подрабатывали тогда в одном малоизвестном издательстве. Кое-как я поймала такси. Водитель спросил у меня:- «Ты на казахском говоришь? -Нет, тихо ответила я, чувствуя подвох в вопросе. –Но ты же казашка! –гневно воскликнул мужчина. – Нет, соврала я.- Я уйгурка. Водитель уставился на дорогу и замолчал. Неожиданно он остановил машину и приказал мне выйти. Я сопротивлялась, как могла, эта часть города была совсем незнакома, но все напрасно. Меня выгнали просто потому, что я якобы была уйгуркой! После этого я стала замечать, что некоторые казахи стали поднимать свою национальность на более высокий уровень, по сравнению с другими. Если раньше притесняли казахов, то теперь казахи притесняли других. Появилась неприязнь к уйгурам, корейцам и даже к татарам. Девушкам и парням запрещали встречаться с представителями этих народов. …В политической жизни Казахстана огромную роль играли сами казахи. Других национальностей практически нет, за исключением одного или двух примеров. Все это разозлило меня, и я перестала проявлять большой энтузиазм в изучении культуры» [2 № С.А., ЕНУ, 3 курс].

Мы сталкиваемся с фактом бытового, нетолерантного поведения одних казахов по отношению к другим, и видим, что рождается реакция отторжения «навязанной идентичности». В такой ситуации могут оказаться многие русскоговорящие казахи. Это может быть и почвой нарастания внутриэтнических конфликтов.

Внутриэтническая граница проявляется не только в пределах Казахстана, она может актуализироваться в другом социальном контексте. А может, наоборот, стираться между представителями разных социальных статусов, объединяя людей по принципу землячества. Совершенно по-разному складывается ситуация у молодых людей в зависимости от их степени внутренней свободы. Вот два примера разного отношения к сохранению или же преодолению чувства границы.

«Когда я была в Лондоне, мой друг дал мне на время свой второй мобильный телефон, чтобы мы общались в течение дня. Самое интересное, что в адресной книге я обнаружила кучу казахских имен и несколько английских с лондонскими номерами. Я даже представить не могла, что в Лондоне столько казахов, и если честно, если бы не Биг Бен, Темза, красные телефонные будочки и маленькие улочки с маленькими автомобилями, складывалось ощущение, что в принципе, я никуда не уезжала. А еще забавно было и то, что его сосед по квартире, шотландец рассказывал анекдоты про казахов. Вот один из них: Новый казах садится в такси в Нью-Йорке и говорит: «Мне в Самал». Таксист удивляется: «Да Вы что! Это же в Казахстане! Как я из Нью-Йорка доеду до Алматы?!». Новый казах говорит: «Ну, баурым, отвези в Самал, пожалуйста, я заплачу». Таксист возмущается: «Да что Вы говорите! Это же полный бред! А Атлантический океан?!». Тогда новый казах достает целый чемодан денег и отдает таксисту. Таксист забирает чемодан и спрашивает: «Вам подняться по Фурманова или по Ленина?» [2 № 5, Ш.О., 4 курс КБТУ]. В данном случае мы видим, что анекдоты сочиняемые казахами про казахов в США, а затем пересказанные иностранцами — это появление новых субкультурных полей, которые осваивают современные казахи.

Создание субкультурных традиций в условиях проживания за границей является еще одним свидетельством преодоления внутриэтнических границ казахов. Но не всегда это становится возможным. Причина кроется в конкретных обстоятельствах. «Тепло родного края познаешь, когда в течение длительного времени находишься вдалеке. Мне довелось с родителями в течение нескольких лет жить в Анкаре. Там работал мой папа. По моим наблюдениям, казахи за границей не совсем сплочены, среди них нет той атмосферы тесного общения и взаимопомощи, какая есть у представителей других наций, проживающих в неродной стране. В целом казахи никогда не были достаточно сплоченными и едиными, для подтверждения можно привести ту же традицию деления на жузы. …Для меня было открытием то, что казахи-эмигранты качественно лучше сохранили национальные черты. У них чище и интереснее язык. Они трепетно соблюдают обычаи и традиции. Их боязнь утратить свою национальную принадлежность, более осознана и существенна, чем у тех, кто родился и живет на родной земле» [2 № 9, И.К., 3 курс КБТУ]. Горестное ощущение внутриэтнической границы между казахами осознается как травмирующее обстоятельство для казахской идентичности.

В-четвертых, формирование этнической идентичности отличается у детей, рожденных в межнациональном браке родителей. Они своеобразно чувствуют проблемы этнической идентичности. Именно для них становится важным проблема «чистоты» крови. Они оперируют в своих высказываниях такими терминами как «чистокровные» или же «нечистокровные» казахи, они самоопределяют себя через понятие «метис». Одним из важнейших механизмов конструирования их этнической идентичности называется внешность, их антропологические данные. «Я казашка. По крайней мере, так написано в удостоверении личности. Моя мама – казашка. Хотя эту нацию трудно назвать «чистой», она появилась как смешение многих племен. А отец татарин и лезгин. У людей, родители которых разных национальностей, есть возможность выбрать ту нацию, которую хочешь. Я живу в Казахстане. Люблю свою страну, свой народ и горжусь тем, что могу быть казашкой». [2 № 15, Р.Ш, 3 курс, ЕНУ].

Доминирование в Казахстане казахской этнической группы оказывает непрямое, но существенное давление на выбор студентов своей этнической идентичности. Это особенно наглядно проявляется при сопоставлении этноавтобиографий российских и казахстанских студентов. Вот какие аргументы, иногда мифологичные по содержанию, выдвигаются в пользу своего личного непростого выбора. «По национальности я казашка, но кровь у меня очень смешанная. Мой папа наполовину казах, русский и есть немного татарской крови. Моя мама чистая казашка. Я очень горжусь своей нацией, потому что нахожу казахскую народность очень умной, толерантной, целеустремленной. По всемирной статистике народы Азии являются самыми чистыми по частоте венерическими заболеваниями. Ученые США, чтобы бороться со СПИДом, нуждаются в чистой крови, которая как раз была выявлена у народов Азии». [2 №16, Г.К., 3 курс ЕНУ].

Межэтнический брак родителей всегда по-разному влияет на этническую идентичность детей. Идентичность, обладая которой индивид в разных ситуациях осознает свою принадлежность к разным культурам, вернее к их, не слившимся в его восприятии частям, называют чередующейся идентичностью.

Вот как это чувствует и описывает другая студентка:

«На самом деле я не совсем казашка, мой отец казах, а мама – русская. Поэтому я себя с самого детства называю метиской. А вот чувствую ли я себя чистой казашкой? Наверное, нет. Что касается религии, то я до сих пор ее не приняла. Я не знаю кто я — мусульманка или православная? Религиозные праздники (Пасха, Айт) мы всегда отмечаем. На Пасху папа поздравляет маму, а на Айт – мама папу. В моем случае соответствие национальности по паспорту и в душе не столь важно. Но это не означает, что я чувствую себя казашкой. Наверное, я ощущаю себя на 60% русской, а на 40% казашкой. Признаюсь честно, мне нравиться быть метиской». [2 №17,Ж.Ш., 3 курс ЕНУ].

В-пятых, этнизация личности может происходить на базе культуры другой этнической общности, к которой данный человек от рождения не принадлежит, но связан с ней разными сложившимися обстоятельствами. Приведенный ниже пример свидетельствует о формировании биэтнической идентичности. Имеющие такую идентичность люди осознают свое сходство с двумя этническими группами и обладают компетентностью в двух культурах. «Моя национальность – казашка, так как мой отец – казах. Но моя мама татарка, поэтому назвать себя чистой, т.е. настоящей казашкой я не могу. Но мне нравиться то, что во мне течет казахская и татарская кровь. Я эту двойственность ощущаю в себе, в своем характере». [2 № 18, Б.А., 3 курс ЕНУ].

Выходцы из межэтнических браков часто ощущают, что они представляют собой разрыв между культурами. Это индивиды с маргинальной этнической идентичностью, которые балансируют между двумя культурами, не овладевая в должной мере нормами и ценностями ни одной из них.

«Я казашка. Мой отец по отцу татарин и по идее должен считаться татарином, а я, следовательно, в паспорте тоже должна быть татаркой. Но вышло так, что мой отец стал писаться казахом, и я в паспорте тоже пишусь казашкой. Если затрагивать обычаи и традиции, то наша семья их особо не придерживается, возможно, поэтому для меня моя национальность особого значения не имеет, это чистая формальность». [2 № 19, Л.И., 3 курс, ЕНУ].

Индивиды, стремящиеся уйти от переживаний, связанных с принадлежностью к этнической группе, могут опираться на гражданскую идентичность. Или же причислять себя к широким наднациональным общностям — европейцам, азиатам, гражданам мира, т.е. декларировать космополитическую идентичность. В работах казахских студентов есть утверждения своей гражданской идентичности как казахстанцев. Многие, после повествования о своей этнической принадлежности, пишут, что национальность другого для них в общении не имеет значения. Что у них много друзей представителей других национальностей, но попыток идентифицировать себя в более широких рамках — евразиец, азиат, мусульманин, с пантюркистской группой — нет. Среди некоторой части студентов, наоборот, существует негативная реакция на космополитичность, но все же реальность их личного происхождения заставляет искать какие-то другие дополнительные маркеры в их этнической идентификационной матрице. И такой становится для некоторых казахских студентов их жузово-родовая идентичность. Этим они коренным образом отличаются от русских студентов РГГУ, которым присущ более расширяющий поиск себя в славянской идентичности.

Для части казахских студентов характерно сужение поиска в личностном самоопределении через внутриэтническую дифференциацию, а следовательно и самоидентификацию. Среди 65 текстов этноавтобиографий в 10 работах конкретно упоминаются их родословная по жузам и родам. Многие пишут, что позитивно относятся к традиционному знанию своих 7 дедов, т.е. по-казахски — «жетi ата» по отцовской линии, или же по материнской, если родители в разводе. «Мой отец родом из Восточного Казахстана, а мать из Шымкента. Происходим мы из Среднего жуза, род Конырат (жиембет)». [2 № 20, Б. 4 курс, КБТУ ]. Знание своего рода иногда является совершенно индифферентной информацией. «Мои родители – казахи, родом из Западного Казахстана. Оба относятся к младшему жузу и к одному роду- таза. Традиционно раньше брак между представителями одного рода, а мои родители как выяснилось, являются дальними родственниками, не приветствовался. Своих предков до 7 колена я не знаю поименно, в нашей семье этому не придается особого значения». [2 № 9, И.К., 3 курс КБТУ]. Принадлежность к тому или иному роду ассоциируется у студентов с какими-то известными людьми, в истории или же в современности. Эти знаковые фигуры выступают для них некоторым символическим капиталом, предметом гордости или же мифотворчества. «Я из рода Жалаир, Старший жуз. Для меня, хотя я далек от трайбализма, это является поводом для гордости. Я горд, что я не просто казах, но казах из рода Жалаир. Мой род является одним из самых уважаемых, так, например, если за столом сидят 90-летний аксакал из другого рода и безбородый 15-летний жалаир, то голова барана, преподносимая самому старшему, как символ уважения, достанется представителю моего рода». [2. № 22 Т.Г., 3 курс КБТУ]. Мне трудно судить, насколько достоверна такая информация, мне ни разу в жизни не приходилось оказываться в подобной ситуации. Хотя я бывала за многими казахскими дастарханами. Но в данном случае присутствует элемент компенсаторной идентичности, когда авторитет реальной или же виртуальной группы становится дополнительным ресурсом для личностного самоопределения.

В распределении жузовых социальных ролей в казахской стратификации существует в юных головах набор разных социальных стереотипов, порой прямо противоположных друг другу. Воинственность приписывается то одному старшему, то другому – младшему жузу. «Я принадлежу к старшему жузу, род – Албан ( внутри него – Алжан). Казахи говорят, что старший жуз – воинственный, на нем охрана территории, средний талантливый, именно к этому жузу принадлежат многие писатели, поэты, композиторы и др., а младший – преуспевает в занятии скотоводством ( нет, это не унижение, для казахов скот значил очень много – это транспорт, верные спутники и, конечно, еда. Так вот, мой жуз воинственный, а среди старшего жуза мой род – самый боевитый. Он всегда стоял на охране территории от джунгаров. Может это покажется смешным, но я в полной мере ощущаю это на себе. Если говорить о современниках, то ярким представителем моего рода являлся Алтынбек Сарсенбаев, который стоял на защите народа». [2, № 23, М.Ш., 4 курс КБТУ].

Не все студенты позитивно относятся к такой практике самоидентификации по жузам и родам. Некоторые находят в этом вред для казахской идентичности, и видят в этом не только внутренние проблемы, но и как в прежние советские времена, находят в этом происки третьей силы, враждебных для казахов влияний. Сохранение такого подхода оценивается ими негативно. Для позиции следующей студентки присуща роль социального критика существующих проблем гендерного и национального характера.

«Я не приветствую сохранившуюся традицию деления на жузы и роды. Да, это было актуально в прошлые века, когда каждый жуз имел определенную территорию кочевья и выполнял свои функции. Теперь же казахи представляют собой относительно немногочисленную нацию и меть привычку делиться, пусть даже в безобидной форме, считаю неприемлемым. ..Не одобряю наметившуюся тенденцию гедонизма в казахском обществе, преклонение перед внешними атрибутами благосостояния и роскоши, т.н. «байства». ..Удивляет также неоднозначное, двоякое отношение к женщине как члену общества. С одной стороны, существует немало примеров успеха женщины в карьере, бизнесе, общественно0политической жизни, с другой – появилась скрытая не афишируемая склонность к двоеженству, а в казахских семьях крайне желательно появление сына, наследника» [2, № 9, И.К., 4 к. КБТУ].

Многие казахи, кому важно обсудить проблемы этнического самосознания, дискутируют по вопросам необходимости в современном казахском обществе жузово-родового деления на форумах в Интернете. С изрядной долей юмора, вполне в духе глобализма, один из посетителей сайта советует всем на вопрос: «Сенiн рууын кiм?» (Какого ты рода?) отвечать: «Менiм рууым»

Итак, потеря привычной идентификационной матрицы, такой надэтнической идентичности как «советские люди», у родителей детей эпохи Перестройки и детей эпохи Суверенитета сказалась самым различным образом на процессе их социализации. Для поколения казахстанских детей эпохи перестройки и суверенитета характерна глубокая противоречивость в формировании этнической идентичности. Она явилась отражением драматических, эпохальных перемен для советского, а затем и казахстанского общества. Типичным представителем такого трансактного поколения является один мой респондент, работающий менеджером в иностранной фирме, 32 лет, чей английский лучше казахского языка и чья этнизация происходила на переломном этапе. Вот как он описывает в целом эволюционный путь приобретения своей этнической идентичности: «Для меня быть казахом — это эволюционный процесс, от момента осознания принадлежности к иной группе, до момента впитывания и осознанного сравнения ценностей, кстати, без последних я бы никогда так отчетливо не понимал бы своей казахскости. Ну, так вот, быть казахом для меня — уважительно относиться к родителям, зависеть от мнения общества, любить домбру, шутить по поводу казахского акцента, уметь пользоваться шанкобызом, с легкостью ориентироваться на местности, иметь хорошее пространственное мышление, с легкостью изучать иностранные языки, быть толерантным к представителям других этносов и религий. Причем, мне, кажется, такая толерантность и даже готовность растворяться в других культурах — это почти генетическая наша способность, ведь мы носители генов сотен народов в свое время пришедших на землю казахов. А, и еще одно важное качество казахов — что мне сильно импонирует, и с чем я с легкостью сживаюсь — это знание, откуда я произошел, способность без наличия каких либо артефактов (фотографий, прабабушкиного перстня или портянок дедушки) знать, кем был твой прадед в седьмом колене. Все это делает меня казахом, даже без знания родного языка. Это те качества, которыми как мне кажется, не обладает средний русский или средний узбек, ну или обладает неполным комплектом этих качеств» [2, с. 25, Б.И., 32 года, Алматы].

Реализация Стратегии вхождения Казахстана в число наиболее развитых и конкурентоспособных стран мира возможна с использованием того огромного позитивного потенциала этнической идентичности казахского народа, и студенчества, как ее самой молодой и образованной части. Но при условии, что в структуре личностного самосознания этническая идентичность будет достраиваться гражданской идентичностью казахстанцев. Только такой целостный и не расщепленный казахский народ, ориентированный на общегражданские ценности, способен стать субъектом и творцом прорыва в новое качественное состояние.

Конкурентоспособность нации в целом, понимаемой как согражданство всех казахстанцев независимо от этнической принадлежности, напрямую зависит от качества этнического самосознания и этносоциального поведения казахов. Целостность, способность не поддаться искушению внедрения в политико-экономическую практику жузово-родовой стратификации, способность критически преодолевать односторонние тенденции в самоопределении и саморазвитии казахов — один из главных стратегических ресурсов казахстанского общества. Ибо негативная тенденция в этническом самосознании казахов стала не только досужим вымыслом, но и как мы видели из этноавтобиографии некоторых студентов, важным элементом в этнической идентификации. Ладно бы только в головах у студенческой молодежи существовали восторженность и гордость по поводу своего жузово-родового деления. А у них, как мы увидели в этом исследовании, нет такой эйфории. А есть только дань отечественной традиции знать свою биографию и происхождение до седьмого колена.

Но за время независимости Казахстана в казахском сегменте политического правящего класса наметился негативный тренд. Именно об этой опасности предупреждал президент Н. А. Назарбаев, в бытность еще первым секретарем ЦК КП Казахстана, что жузово-родовое деление на руку недоброжелателям казахов. Возможно, такие злые умыслы даже усматривались раньше и в Москве во всесоюзном центре, но только не в родных пенатах. Сегодня член президентской семьи, заместитель министра иностранных дел РК Рахат Алиев предложил общеказахстанскую дискуссию о политической модернизации Казахстана с учетом реального жузово-родового деления. Социологам требуется научный объективный анализ статистики, результатов опросов общественного мнения, изучения типов социального поведения народа и элиты, степень выраженности этнической и гражданской идентичности, чтобы проверить на истинность следующее утверждение: «Давайте, наконец, перестанем скрывать от самих себя, что реально наше общество построено на родовой системе. У нас есть старший жуз, есть средний и есть младший жуз. И никуда они не исчезли даже за долгие десятилетия коммунистического правления». Они не исчезли как когнитивная, то есть познавательная компонента исторической памяти и исторического сознания казахов. Возможно, присутствует и такое деление в теневой практике коррумпированных структур при распределении государственных ресурсов, назначении на должность. На уровне этнического самосознания, скорее всего оно выступает как своеобразный символический капитал, как повод для гордости своими бесстрашными предками. Если же согласиться с логикой дискутанта, то, наверное, социальной науке Казахстане не знакома закрытая ведомственная статистика распределения высоких статусных позиций в казахстанском обществе по жузово-родовому принципу? Может быть, уже давно при приеме на работу наряду с образовательным, профессиональным статусом требуется указание казахом своей жузово-родовой принадлежности? Возможно, уже выстроилась иерархия и определен политико-экономический и финансовый, или же интеллектуальный вес и потенциал всех жузово-родовых позиций? Для каждого казаха, наряду с указанием в паспорте своей национальности может быть надо выделить строчку для жуза и рода? Все эти риторические вопросы заданы только лишь для того, что бы наглядно вычертить возможный вектор развития этнической идентичности казахов и ее использование в политической практике. Ведь если в Сенат предлагается выбирать представителей Родов и Народов Казахстана, то надо всех знать поименно. А там смотришь, и другие народы в Казахстане реанимируют свои исторические ступени этногенеза и тоже будут своих представителей делегировать в Сенат по родословной. Вот такова тупиковая ветвь в формировании казахской идентичности. Это неблагодарное поле междоусобиц, войн и кровопролития, раскола и сепаратизма. Ведь двигаясь дальше в этой логике возможен раскол РК на замысловатые Улы-стан, Орта-стан, Кiшi–стан, и далее везде… Шапрашты-стан, Уйсин-стан, Найман–стан, Адай-стан. Именно в этом смысле можно гипотетически предположить негативный, а значит не стратегический ресурс казахской идентичности.

Тенденция в правящем классе все акцентировать на необходимости стабильности и конкурентоспособности приводит к забвению, что синонимом стабильности может оказаться стагнация, а конкурентоспособности – антагонизм, и тогда уже не будет актуальна реализация Стратегии-50. Для мобилизации всего потенциала казахстанского общества в достижении столь значимой исторической цели нужно в полной мере использовать весь интеллектуальный ресурс народа и ученых Казахстана. В 5 выделенных приоритетных направлений научно-технического развития Казахстана и создания 5 национальных лабораторий открытого типа, не хватает, на мой взгляд, 6-ой открытой лаборатории по социально-гуманитарным проблемам. Ее актуальность очевидна, ибо выбор вектора модернизации Казахстана должен осуществляться с учетом мнения населения, его ментальности и энергии для качественного прорыва, что может обеспечить социально-гуманитарная наука республики.

Литература
1. Назарбаев Н. А. К экономике знаний через инновации и образование. Лекция в Евразийском Национальном Университете имени Л. Н. Гумилева. Астана, 26 мая 2006 года.

2. Архив автора. Рукописи этноавтобиографий студентов, Алматы — Астана, 2006 год.

3. Белинская Е. П., Стефаненко Т. Г. Этническая идентичность: понятие, формирование, модели измерений // Этническая психология. Хрестоматия. СПб.: Речь, 2003.

4. Алиев Р. Какой выбор мы сделаем?

Источник

Встречаются китаец и казах.
Китаец:
- А сколько у вас народу-то?
Казах:
- Ну, казахов миллионов семь, а всего в Казахстане — четырнадцать.
Китаец:
- Надо же, вы, наверное, все друг друга в лицо знаете!

--

Алматы. Осенний пасмурный день. По одной из центральных улиц летит черный джип (тойота ленд круйзер100). Черные стекла и все такое… на его пути стоят гаишники. Раздается звонкий свист… Судя по всему на джип, потому как по этой стороне дороге ехал только он. Джип пролетает еще метров пятнадцать с такой же скоростью, затем резко со свистом останавливается (причем в левом ряду, как ехал)… Оттуда, становясь одной нагой на дугу, вываливается здоровенный бритый казах с мобильником возле уха… Так и не ступая из машины на землю, орет в мобилу: « Да повремени ты, еб твою…» Кричит ментам:" Кто свистел?!?!?!?!" Те ифигевшие стоят и молча хлопают глазами… Он опять орет: « Кто, суки, свистел, спрашиваю!!!!» Они молчат… Он спрашивает у вышедшых на улицу из расположенного рядом СТО, рабочих: « Кто из козлов свистел?» Те спокойно так отвечают: « Брат, мы не пастухи. У нас тут работа и некогда нам за ними наблюдать.» Он недовольный садиться с машину со словами: «Совсем оборзели!» и дает по газам…

Правда или нет, мне рассказали давно, когда был студентом. Учился на физмате пацан по национальности казах. Имя его было Канат. Нормальное казахское имя.
Итак, Физика. Контрольная. Всем раздали задания (как в школе — первый вариант и второй вариант). Казаху дали второй вариант. Тишина. И вот, первый вариант, прочитав задание начинает ржать, затем, второй вариант, в непонятках, что случилось, смотрит в задания первого и тоже катится под стол. Казаху стало интересно и он тоже прочитал.
А задача такая — не помню, что там было нужно рассчитать и определить, но текст начинался так:
«На столе лежит канат (!), его конец свисает со стола на 30 см.»

Новый казах приперся на концерт органной музыки. Сидит, внемлет, балдеет.После концерта выходит стандартная тетка, типа конферансье, и говорит: Вы прослушали четвертый концерт Баха.
Новый казах говорит: Баха?? Ай молодец Баха…

---

Мне доводилось слышать, что в Казахстане по радио и не только можно услышать удивительные вещи, как, например, то, что русские жили в юртах, пока казахи не научили их строить каменные дома, что французы происходят от казахов и что даже «самовар» — казахское слово, т. к. звучит как-то по-казахски. Честно говоря, мне не верилось. Но вот мне в руки попалась страничка из какой-то казахстанской газеты, и в ней имелась заметка поразительного содержания.
* * *
«Агамемнон был тюрком?»
Действительно, если прочитать это имя с точки зрения казахского языка, оно может прозвучать как «Ага мемнин», то есть: я — старший брат. Ахилла тоже можно разложить: «акей уя улы», что означает «сын народа ахея». Новым прочтением и толкованием «Илиады» казахстанцы обязаны таразскому журналисту и историку Амантаю Айзахметову.
Кроме того, работая с географическими картами и научными трудами, он обнаружил тюркские корни в Скандинавии (варяги — это «бори агын», т. е. «волки течений»), в Испании (Испания — Ас пана уя — страна-убежище племени асов), в Латинской Америке (Эльдорадо — Ел тор ата — страна отца царей).
Эти цитаты можно почерпнуть из недавно вышедшей в свет книги Амантая «Колыбель царей человечества».
Мырзатай САМЕНОВ, Тараз
* * *
Ну вот, а я-то всегда думал, что Россия — родина слонов… Хрен! В следующий раз буду в Казахстане — обязательно куплю вышеназванную книгу.

---

Приезжает Петька из Казахстана. Василий Иванович спрашивает:
- Ну, что Петька, выучил ты там казахский язык?
- Да.
- А как по-казахски будет «один»?
- Бiр.
- А «пять»?
- Бiр, бiр, бiр, бiр, бiр.
- А как будет «тысяча»?
- Ну, это долгая песня.

Приходит казах в публичный дом.
Ему дают барышень на выбор. Тариф — 100 $. Он подходит к первой и говорит:
- Даю 200. Но только «будем» по-казахски.
Барышня подумала, мол, вдруг извращенец какой и отказалась. И так еще несколько…
Подходит к последней:
- Даю 500. Но только «по-казахски».
Барышня подумала-подумала, мол, всякое повидала и спрашивает:
- А не убьешь?
- Да нет, что ты!
- Ну, тогда пошли!
Возвращаются через некоторое время. Казах ушел, а дамочки подбегают к той, которая согласилась, и спрашивают:
- А как это, по-казахски?
- Да он сказал, что деньги — попозже!

--

Казахские программисты адаптировали DOOM: теперь вместо подземных лабиринтов вы бегаете по степи, а в арсенал оружия добавлена камча.

--

Спрашивают как-то у российского таможенника:
-Сколько вам нужно работать, чтобы купить Ауди?
Подумав, он отвечает:
-Ну, примерно месяц.
Задают тот же вопрос украинскому таможеннику, поразмыслив, тот отвечает:
-Наверное, месяца три.
Подходят к казахстанскому таможеннику:
-Сколько вам нужно работать, чтобы купить Ауди?
Он долго стоял, думал-думал и произнес:
-Год.
-Почему же так долго? Ведь украинскому таможеннику требуется три месяца, а российскому вообще один.
-Ну, не знаю. Фирма-то большая.

Еврей идет в больницу, чтобы не болеть.
Русский идет в больницу, чтобы лечиться.
Казах идет в больницу умирать…

Казахстан. Военное положение. Заводят на допрос русского, украинца и казаха. Следователь посмотрел на русского и говорит:
-Допросить и расстрелять.
Посмотрев на украинца, говорит то же самое:
-Допросить и расстрелять.
Мельком взглянув на казаха, выкрикивает:
-Расстрелять!
Тот протестует:
-Как так, почему их сначала допросить и только потом расстрелять, а меня сразу?
Следователь:
-Начнешь тебя допрашивать, еще чьим-нибудь родственником окажешься…

--

-Когда-то на Земле жили одни казахи…
Были казахи северные и казахи южные.
И если когда между ними возникали споры или недоразумения, они их решали по древнему казахскому обычаю.
С каждой стороны выставлялось по батыру — «мешке»
Встречались 2 батыра эти посередине, зажаривали на костре 2 самых жирных барана и начинали занятие казахским национальным видом спорта — кто боле съест жареных барашков… Кто съедал больше, тот и прав…
С тех пор это место, где они решали споры, и называется эки-батыр (экватор…)

Решили в Казахстане гостиницу строить. Пять звезд чтобы было. Объявили тендер. Приходит турок.
- Сколько вам надо на стройку?
- Три лимона.
- Почему три лимона?
- Ну… лимон на стройматериалы, второй лимон на зарплату, и еще лимон ­ будет моей прибылью.
Тут приходит финн:
- Скока?
- Шесть
- Почему
- Два на стройматериалы, два на зарплату и еще два будут моей прибылью.
Чинуши сидят и чешут репу. Но тут заявляется подрядчик из Казахстана:
- Скока?
- Девять
- Почему?
- Три лимона тебе, три лимона мне, а остальные три лимона туркам. Нехай строят.

Бешбармакбургеры — казахские недели в МакДональдс

--

Прилетели на Луну американец, русский и… казах. Берет их сам Бог за шиворот и спрашивает американца: — Зачем прилетел? — Ракетные базы строить, сэр. Русский: — Целину поднимать… К казаху: «- А ты какого хрена сюда притащился?!» Казах, стоявший опустив голову и ковыряя носком сапога лунную пыль, пробормотал: «- Жай ашейiн… Таныс бiреу-мiреу кездесiп калама деп келiп едiм…» (Да так… Думал, может кого-нибудь из знакомых встречу…)

Из интервью:
- Я с детства мечтал побывать в городах с двойными мелодичными названиями: Баден-Баден! Монте-Карло! Буенос-Айрес! И вот я вырос, и меня послали в Талды-Курган…

--

Спрашивают у одного:
- Ты откуда родом?
А он, гордо оскалив золотые зубы:
- ШШШШШымкенттен! Ал сен?
Второй округлив ротик стараясь непоказывать зубы которых нет:
ООООООООскеменнен!

--

Случилось это все после авиакатастрофы, в ходе которой самолет упал на необитаемый остров. Здесь обитали племена темнокожих людей. Группа человек выжившая крушение в панике и диком бешенстве спасалась, бросаясь в бегство от местных племен. Когда на острове остался только один человек, темнокожие решили устроить традиционную охоту. Бегали день, два, три пока не застали бедного человека врасплох когда тот вскарабкивался на вершину дерева. Наконец, человек упал когда те расталкивали дерево. После того как таз человека коснулся земли, у того от боли вырвалось — «Уй шешен!!!»….На что местные темнокожие отреагировали вполне адекватно — "Ну все ребята сваливаем, он Чимкентский!

--

Встретились трое и стали выяснять — кто кем хотел бы стать и почему?
Один говорит: «Львом — царем зверей, чтобы править всеми»
Другой говорит: «Тигром, чтобы быть быстрее и сильнее всех»
А казах отвечает: «Змеей, чтобы все делать лежа: ходить, кушать, пить…»

--

Война 41-й год. На поле боя остается один немец против остатков русского полка. Полк в окопе, а немец за мешками с песком. Думает, что же ему делать.
Высовывается: — Иван!
Из окопа появляется голова русского: — Что? Выстрел. Русский падает.
Немец снова: — Петро! Из окопа появляется еще одна голова: — Что? Выстрел. Петро больше нет.
Казах сидит в окопе и, держась за голову, умоляет: — Только не Сарыбай , только не Сарыбай!!

--

Попали на необитаемый остров русский, украинец и казах. Долго они спорили, как им дальше жить и поругались. Разошлись по разным углам.
Русский решил построить хижину.
Украинец развел огород и посадил овощи. Казах не появлялся.
Наступили холода. Сидит русский в новой хижине, к нему приходит украинец с овощами. Решили они жить вместе. Приготовили ужин, поели и думают: «как же там наш бедный казах? Надо бы его найти, не удобно получается».
Вдруг стук в дверь!
Открывают, на пороге стоит казах в милицейской фуражке и говорит: «Я ваш участковый инспектор! Сколько людей здесь проживает? А документы на домовладение есть?».

--

Новый казах заблудился в Нью-Йорке.
Останавливает такси и говорит: "Мне в «Самал»
Таксист: «Здесь нет такого района!»
Новый казах протягивает 1000 $: "Мне в «Самал»
Таксист: «Здесь нет такого района!»
Новый казах протягивает пресс сто долларовых купюр: "Мне в «Самал»
Таксист: «Вам с Ленина или с Фурманова?»

--

Экватор
Легенда гласит, что было время, когда всем миром владели поровну два могучих батыра. Один — ровно одной половиной, второй — ровно другой половиной. Но каждый из них хотел быть единоличным хозяином на этой земле. И столкнулись они в жестокой схватке на границе своих владений. И бились они ровно 100 лет и 100 дней и ночей, пока не умерли от старости. С тех пор, называется это место — Екiбатыр (два батыра).

Италия
Италия — Ител, с казахского языка переводится, как «страна собаки». Всем известно, что по легенде Рим основали выкормыши волчицы или дикой собаки.

Бразилия
На самом деле, первым Америку открыл не Колумб, а…. казахи. Приплыв в Южноамериканский континент, они наткнулись на такое множество племен, что тут же окрестили место их наибольшего скопления — Бiразел, то есть, Бразилия. С казахского переводится, как «страна, где довольно много всяких народов».

Баскетбол
Народная казахская игра. Название происходит от трех казахских глаголов в повелительном наклонении:
Бас — наступай, дави
кет — уходи, отходи
бол — будь, давай
Поистине, мудрое название! Довольно лаконичное — Концепция игры отражена в трех словах!
Украинский город Харьков основали казахи. В первый день их пребывания всю местность завалило снегом и старейшина рода воскликнул: О! Кар Коп!
Южная Америка вообще очень продвинутый континент в плане заимствования из казахского. Кроме Бразилии и Эквадора, еще целый ряд стран ведет свои названия от казахских корней. Так, крупный экспортер вишни (жители США могут подтвердить) — Республика Чили на самом деле так и называется — Шиелi, просто в ходе использования слово было искажено. Не исключено, что нарочно. И не иначе как злобными конкистадорами.
Далее — Уругвай, тоже наверняка фруктами семейства косточковых не беден, потому и назван в честь знаменитого производителя абрикосов — Орiкпая.
Присутствие казахских корней еще более специфически отражено в названии соседней страны — Аргынтины. По звучанию этого слова можно сделать однозначный вывод о том, в честь какого из казахских родов была названа местность. Причем с очень большой степенью точности.
Но это еще не все. Изыскания продолжаются, и следующий этап охватит и Центральную Америку. Так, еще предстоит исследовать историческую роль ранее неизвестного Сал-батыра, в честь которого названа и страна Сальвадор и даже столица этой страны.
Хотелось бы надеяться, что другие исследователи внесут свой посильный вклад в поиски следов казахского языка на глобусе.

--

Значит дружит Ахмет с русским Ваней. Все хорошо, дружба не разлей вода. Приглашает значит Ахмет Ваню к себе в гости, делает богатый дастархан, и дарит Ване в подарок ягненка. Ваня спрашивает «Как его кормить, что он кушает?». Ахмет ему отвечает «Выпускаешь в поле он сам кормится». Через неделю Ваня делает для Ахмета борщ, пьют наливку, поют песни. И дарит Ваня своему гостю поросенка. Ахмет его спрашивает «Чем кормить этого носатого?» Ваня ему отвечает «Что сам ешь то давай он все ест.» Через год приходит Ахмет к Ване, тот показывает подаренного ягненка, который превратился в огромную овцу. Курдюк отвисает, шерсть лоснится, шея метр в обхвате. В тот же день забили они эту овцу и сделали суперский бешпармак. Через неделю приехал Ваня к Ахмету и говорит «Ну показывай как вырос мой подарок, сейчас борщик наваристый сделаем.» И тут Ахмет выводит из сарая скелет на четырех ножках, обтянутый кожей, пяточок иссох, в тусклых глазках еле теплится жизнь. Ваня в ужасе спрашивает « Ахмет да как же так, что с ним случилось, чем же ты его кормишь? Ведь это же не свинья а сухарик какой-то». Ахмет ему отвечает « Ну ты же сам сказал, что сам ешь, тем и корми. Ну вот значит, утром чай, в обед чай, а пока ужин приготовится свинья засыпает».

--

Казахские степи, значит, кругом, и течет маленькая речушка…
Сидит чабан у речки, рыбку ловит, отару пасет..
Тут, значит, рыбку золотую поймал. Ну та и говорит:
- Давай, чабан, три желания исполню, отпусти потом..
Чабан:
- А можешь, говорит, сделать так, чтоб где-нибудь там вдалеке какой-нить казахский батыр проскакал? Ну, например, Кабанбай-батыр.
Я, грит, от него боевым духом хочу зарядиться…
…и где-то там вдалеке проскакал батыр.
Рыбка:
- Ну давай второе желание.
Чабан:
- А можешь сделать так, чтоб он ближе проскакал и чуток помедленее.
Я, грит, хочу от него еще больше духа боевого получить.. Рыбка — могу, грит.
И снова Кабанбай-батыр проскакал уже чуть ближе и чуть медленее.
Рыбка:
- Ну, грит, давай третье желание.
Чабан:
- А можешь, грит, чтоб Кабанбай-батыр совсем близко проскакал и что-нибудь мне такое боевое сказал, чтоб я навсегда зарядился боевым духом и был как он.
Рыбка — могу, грит..
И снова скачет, значит, Кабанбай-батыр совсем рядом, останавливается и, грозно так на него смотря, грит:
- Ты что,, имена других казахских батыров не знаешь?

Встречаются лидеры стран Центральной Азии. Начинает президент Узбекистана: «Народ Узбекистана живет хорошо. За прошедший год мы добились роста экономики на 10%, создали много рабочих мест…», продолжает таджикский лидер: «мой народ тоже отлично живет, сократилось число голодающих, наблюдается также рост экономики, увеличилось число населения…», наступила очередь Н. А. Н.-а: «Ну, ничего говорить не буду, по крайней мере, почти у каждого казаха в загородном доме по два узбека и таджика работают..»

--

Место действия Алматы. По проспекту Аль-Фараби несется 600-тый Мерс. Останавливает его гаишник(Г):
- Плати штраф за превышение скорости.
На что водитель отвечает:
- Да ты что, какой штраф, ты что меня не знаешь, я Серик ©.
Г — Нет.
С — Да ты что, я начальника твоего знаю, поехали покажу.
Приезжают в ГорГАИ. Идут к начальнику. С здоровается с ним, беседуют как давние друзья. Начальник удивляется почему Г не знает С. Уходят.
Г -Ничего не понимаю, тебя все что ли знают.
С — Да все, я вот с Назарбаевым (Н) знаком, поехали познакомлю.
Приезжают в Астану.
с — Здравствуйте Нурсултан Абишевич.
Н — О, привет Серик. И мило беседуют как старые друзья.
Когда они выходят из госрезиденции, Г, вконец о%*евший, спрашивает:
- Ну ничего не понимаю, ну как так ты что даже Назарбаева знаешь.
На что ему отвечает:
- Ну это что я вот Джорджа Буша знаю, поехали со мной в штаты.
Прилетают в Вашингтон, приходят к Белому Дому.
С — Тебя в Белый Дом не пустят, но я сейчас зайду, мы с Бушем выйдем, вон на тот балкон, и он тебе рукой помашет.
Сказано, сделано. Входит С в Белый Дом появляется с Бушем на балконе. Буш машет гаишнику. Но когда С выходит, он видит что гаишник лежит на асфальте без сознания. Он подбегает, начинает бить гаишника по щекам и приводит его в чувство.
С — Что случилось?
Г — Да вот, машет Буш мне рукой, а тут подходит какой то негр и спрашивает:
- Что это там за чувак с Сериком стоит.

Царь зверей лев решил уйти на покой и перед этим объездить и повидать своих подданных зверей по всей планете. В Африке встретил страуса, бегущюю по савенне. Поймал ее и спрашивает:
- Ты знаешь кто я?
- Конечно, вы царь зверей. Мы все вас боимся, уважаем и подчиняемся.
Довольный услышанным он продолжил путешествие и прибыл в Индию. Там встретил в джунглях слона. Поймал его за хобот и спрашивает:
- Узнаешь меня?
- Как же, ты же царь зверей. Все тебя боятся, уважают и слушаются.
Окрыленный услышанным, он прибыл в степи Средней Азии. Заметил тушканчика скачющего по своим делам.
- Эй, стой.
Тушканчик обернулся, взглянул, недовольным взглядом окинул царя с ног до головы, хмыкнул и попрыгал дальше. Лев взъяренный, рыком вслед:
- Стоять! — погнался за тушканчиком. После недолгой погони он настиг тушканчика и вопрошает громогласно:
- Ты, малявка, не узнаешь меня?!
- Нет, — после минуты разглядывания, — не узнаю. А кто ты такой?
- Как? Ты не знаешь МЕНЯ?! Да меня все боятся, все меня уважают и пресмыкаются предо мной!
Тушканчик с прищуренным оценивающим взглядом посмотрел на него и:
- Неужели НАЗАРБАЕВ.

У американца, немца и казаха спрашивают, чтобы вы сделали, если бы у вас была машина времени. Так америкот отвечает: «Я бы побывал в 1945 и сделал бы так, чтобы не было атомных бомбежек Японии, это такой позор для моей нации», немец: «Я бы перебрался бы во времена 1939 года и сделал бы так, чтобы не было Второй мировой, это такой позор для моей нации». У казаха спрашивают: а ты бы, что сделал с машиной времени; тот отвечает: «Я бы задние стекла затонировал!».

--

Казах пишет письмо домой в аул с фронта во времена ВОВ:
- Дорогие аташка, апашка. Я жив здоров, война идет как война, в день отступаем по 200–300 километров, дай бог к весне буду дома.

--

Жена вчера показывает учебник (сессия!!), замечательный совершенно, новый, вызвавший массу положительных откликов в местной прессе — самостийность, понимаете, даже слово «аэропорт» перевели на местный язык – «оуежай», кажется так. В общем, самолет изобрели здесь, в Казахстане. Ну, к теме… Авторы учебника утверждают, что Аль-Фараби — великий казахский ученый, был очень образованным человеком — он изучал труды Аристотеля, Евклида, Прометея.. (с. 307 Казак tiлi для начинающих Ш.и А. Бехтуровы)

---

Во время встречи в Вашингтоне Буш говорит Назарбаеву:
- Нурсултан, мы готовы во всем поддержать Вашу страну! В обмен на выполнение одной моей просьбы — после истечения срока моих полномочий я хочу стать президентом «Казахтелекома»!